Финансовые рынки снова нервничают, что происходит?

Финансовые рынки снова нервничают, что происходит?

Новости 6 июля 2019 г. Хорошо известное заявление экономиста Джона Мейнарда Кейнса гласит, что рынки могут быть иррациональными дольше, чем вы платежеспособны. Другими словами, довольно сложно получить финансовую выгоду от точного прогнозирования финансового кризиса. Тем не менее, есть сигналы, которые говорят о приближении такого изменения. А с начала 2018 года они указывают на возрастающую опасность.

Неурядицы на финансовом рынке растут

Финансовые рынки полностью спекулируют на падении процентной ставки «ФРС», и «ЕЦБ».

До кредитного кризиса 2008 года банки и финансовые учреждения могли обеспечивать широкий спрос на кредиты. Финансовый сектор становился все более эффективным в распределении инвестированного капитала и создании новых кредитов после последовательных раундов дерегулирования и перерегулирования в 1980-х годах. Правительства сделали это, потому что им самим нужно было много денег, чтобы выполнять свои социальные обязательства, а налоговые поступления сократились из-за стагнации мировой экономики.

Финансовые рынки все чаще воспринимались как союзники. Роль государственного займа оказалась решающей. Политики согласились с тем, что государственный кредит от кредитоспособных стран может использоваться финансовыми сторонами в качестве наиболее надежного обеспечения для финансовых операций (РЕПО). Таким образом, государственный заем стал стержнем на растущем мировом рынке денег и капитала. Не только в хорошие времена, но и в плохие времена тоже.

Кризис на оффшорном долларовом рынке

Мировой рынок денег и капитала резко сорвался в 2008 году. Хотя кредитный кризис запомнился как кризис субстандартной ипотеки, его истоки были на денежном рынке оффшорных долларов, где финансировались ипотеки. Поскольку сами ипотечные кредиты снова служили обеспечением сделок на денежном рынке, между денежным рынком и рынком капитала возникла отрицательная петля обратной связи.

Правительства пришли на помощь финансовому сектору с налоговыми деньгами, и произошел большой перелет в сохранности и ликвидности государственных займов, в результате чего резко упали процентные ставки. После стабилизации системы предприятия и потребители, несмотря на более низкие процентные ставки, стали менее склонны брать кредиты. Это также привело к отрицательной обратной связи между финансовыми рынками и реальной экономикой.

Откуда этот экономический застой?

С середины 2018 года мировая торговля демонстрирует признаки стагнации. Хюн-Сонг Шин, глава отдела экономических исследований Банка международных расчетов в Базеле, заявляет в недавней презентации, что отстающий мировой торговый и экономический застой не следует искать в первую очередь в растущем торговом споре между США и Китаем. Несмотря на широкомасштабные интервенции и структурно позитивное отношение центральных банков, мировая торговля и жизнеспособность финансового сектора не вернулась к таковой до кредитного кризиса, что имело негативные последствия для глобальных цепочек создания стоимости и в конечном счете.

Уже давно известно, что китайские банки испытывают большие трудности с получением финансирования для внутреннего кредитования. Центральный банк Китая (НБК) пришел им на помощь, но многое не помогло. У НБК, возможно, возникли проблемы из-за сокращения государственных облигаций США на их балансах и сложности поддержания стабильного обменного курса.

Еще одна проблема возникает в «Deutsche Bank». После ряда неудачных переговоров о слиянии банк объявил, что хочет создать так называемый «плохой банк» для хранения плохих кредитов. Это, наверное, единственный способ снова стать здоровым в долгосрочной перспективе. Учитывая события на рынках денег и капитала, это признаки более глубокой проблемы.

Отрицательная спираль

Между финансовыми рынками и реальной экономикой с начала 2018 года наблюдалась отрицательная обратная связь. Недостаток ликвидности на финансовых рынках означает сокращение кредитования в реальной экономике и ухудшение экономических перспектив. Это в свою очередь обеспечивает дальнейшее финансовое ужесточение.

Каков будет эффект внезапной сильной девальвации юаня, возобновления банковского кризиса, начавшегося с «Deutsche Bank», или другого сюрприза, такого как бегство из хрупких корпоративных облигаций? ФРС и другие центральные банки были удивлены финансовым инфарктом в 2008 году. И даже сейчас они на некоторое время отстают от финансовых фактов. Они все еще могут обратить отрицательную петлю обратной связи?

Сандер Бун, политолог

Random Posts

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Optionally add an image (JPEG only)